Среда, 22.11.2017, 08:12Приветствую Вас Гость

Непознанное

Друзья сайта
  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz
  • Записная книжка
  • Категории раздела
    Техника - молодёжи [203]
    Юный техник [69]
    Поиск
    Форма входа
     
    Статистика

    Онлайн всего: 1
    Гостей: 1
    Пользователей: 0
    Рускаталог.ком - каталог русскоязычных сайтов
     

    Фантастика

    Главная » Фантастика » Юный техник

    АВАРИЯ
    11.08.2012, 09:20

    В. ФИРСОВФантастический рассказ


    1
    Авария, очевидно, была серьезной — уже целых пять минут интрохронолет не выходил из зоны перехода. Надо было опускаться, чтобы не тратить энергию зря. Росин сказал: «Посадка!» — и сразу почувствовал, что сиденье уходит вниз.
    Он взглянул на циферблат. Впрочем, при разрывах силового поля счетчик мог показывать все, что угодно. Как узнать, в каком веке случилась вынужденная посадка?!
    Хронолет мягко скользил вниз, спускаясь с высоты в семьдесят километров. Низкое предзакатное солнце, обдав пламенем верхнюю кромку облаков, скрылось в бело-молочной мгле. Внизу был заснеженный лес. Владимир выбрал небольшую полянку, подвел к ней интрохронолет и мягко опустил его в снег.
    Теперь надо было ждать. Скоро дежурные восстановят или продублируют энергоканал. Самое позднее через час-другой можно будет вновь подняться в зону перехода.
    Поляна затерялась в самой гуще леса, и Росин решил, что здесь его вряд ли кто обнаружит. Инструкция запрещала контакты с людьми из прошлого, потому что, по мнению теоретиков, любой контакт мог изменить ход истории. Во время поездок в другие века разрешалось только наблюдать. Из прошлого можно было только брать информацию для историков, но зато какую информацию!
    Владимир внимательно осмотрел обзорный экран. На нем были только деревья и снег. Тогда он открыл люк и спустился на поляну. Лицо словно обожгло — мороз был градусов двадцать. Он потянул воротник своего синего терилаксового комбинезона — с легким хлопком развернулся капюшон, и из него тотчас поползли струйки теплого воздуха, приятно согревающие лицо. Росин обошел вокруг аппарата, внимательно осматривая шасси, сложенные панели энергоприемника, антенну хронолокатора, радиатор кварк-реактора. Странное впечатление производил интрохронолет с его сверхсовременным силуэтом среди этого тихого, заснеженного леса!.. Потом Владимир решил размять ноги и начал бегать по твердому, как бетон, кругу выдавленному среди пушистого снега силовым полем антигравитатора.
    — Раз-два-три-четыре, раз-два-три-четыре, — задал он привычный ритм. — Вдох-вдох-вдох-вы-дох, вдох-вдох-вдох-выдох... А все-таки что бы произошло, если б кто-нибудь из историков подарил предкам вакцину от рака, синтезаторы пищи, чертежи кваркреактора?..
    И тут он остановился, потому что прямо перед собой увидел трех человек.
    Уже почти совсем стемнело, и Росин в первый момент разглядел только, что загородившие ему дорогу люди были одинаково одеты и что у каждого был в руках какой-то непонятного назначения длинный и плоский аппарат. «Вот и нарушена инструкция, — подумал он с тоской. — Теперь объясняйся в Хроносовете...»
    Один из троих отрывисто произнес несколько слов — что именно, Владимир не понял, но решил, что поздороваться, если уж контакт произошел, следует.
    — Здравствуйте, — сказал он, протягивая руку. Человек что-то снова хрипло крикнул, и сейчас же страшная боль заставила Росина согнуться — незнакомец что было силы ударил его ногой в живот. Другие удары обрушились на голову. И когда Росин пришел в себя, он уже лежал связанный, а один из незнакомцев, поставив ногу на ступеньку, с опаской заглядывал в люк интрохронолета.
    Владимир мгновенно представил, как кованый сапог незнакомца крушит приборы. О боли он тут же забыл: надо все объяснить этим людям:
    — Стойте! Туда нельзя, товарищи! — закричал он, приподнимаясь. Новый удар в лицо опрокинул его на снег.
    Этот удар словно расставил все по своим местам. Он понял, куда и в какое время попал и кто эти злые, одинаково одетые люди.
    Солдат уже собирался шагнуть в люк. Росин представил, что случится с человеком, когда его ударит силовое защитное поле, закрыл глаза и шепотом приказал защите включиться. Расплющенное тело солдата взлетело в воздух. Два других моментально упали в снег, взяв автоматы наизготовку. «Партизанен!» — крикнул один. Несколько минут было тихо. Потом один из солдат подполз к убитому. Очевидно, то, что он увидел, настолько его потрясло, что солдат вскочил и с криком ужаса кинулся бежать. Второй чуть приподнялся и швырнул в люк гранату. Она мелькнула на фоне светлого овала люка, затем отлетела и разорвалась. Взметнулся снег, взвизгнули осколки. Солдат подскочил к Росину, рывком поднял его на ноги и погнал по поляне, подталкивая дулом автомата.

    2
    Брезентовый верх машины спасал от ветра, но не от мороза, и сторожившие Владимира гитлеровцы чувствовали себя не очень уютно в своих шинелях. Едва грузовик тронулся, Росин стал прикидывать, удастся ему или нет выпрыгнуть на ходу. В кузове сидело шестеро солдат, еще двое в кабине... Нет, сейчас ничего не выйдет. Вот через час-другой, когда солдаты как следует замерзнут, — но есть ли у него этот час?
    Росин понимал, что о нем уже стало известно высокому начальству, — только этим можно объяснить, что допросы и избиения неожиданно прекратились. Росина накормили и даже смазали йодом ссадины и ушибы, а вскоре посадили в машину и куда-то повезли.
    «Ты есть флигер? — вот что интересовало тощего обер-лейтенанта, проводившего допрос. — Ты летать из Москва? Кто есть твой командир? Какой название иметь твой аппаратен? Как он летать? Как он стрелять? Он иметь бомбен? Что его охранять?» — эти вопросы, чередуя с ударами, он повторял десятки раз. Росин догадывался, что немцы еще раз пытались проникнуть в интрохронолет. Очевидно, они полагали, что перед ними новое секретное оружие русских, захват которого сулил награды и почести. За сохранность аппарата Росин не боялся — невидимое защитное поле превосходило по прочности стометровый слой бетона и могло с легкостью выдержать залп любых орудий. Но «а вопросы Владимир не отвечал. Конечно, ничем не рискуя, он мог сказать, что защита аппарата создается Ф-пространственной структурой гравиполя, стабилизированного квазисинхронным излучением кваркреактора, потому что для обер-лейтенанта все это прозвучало бы китайской грамотой.
    Но он был враг и бил изо всех сил, хотя и не очень умело, поэтому Росин предпочел молчать.
    «Как уметь войти в твой аппаратен? — продолжал вопить фашист, обрушивая на пленного новые удары. — Отвечать! Отвечать! Или я буду тебя повесить!» Допрос продолжался с перерывами уже вторые сутки, и Росин начал понимать, что силы его на исходе, но тут все прекратилось. Теперь его куда-то везут, вероятно в штаб, к высшему начальству, и он мог только гадать, что будет дальше.
    Промерзлый грузовик подскакивал не рытвинах, замерзшие солдаты, закутанные кто во что, мотались на холодных скамьях. Пар от их дыхания инеем застывал на воротниках шинелей, на металлическом каркасе автомашины, на бабьих платках, которые гитлеровцы натянули на свои окоченевшие головы. Росин холода не чувствовал — его комбинезон работал исправно. Даже без подзарядки батарейки хватит на неделю, ну а днем солнце зарядит его энергией. Интересно, почему замерзшие солдаты не стащат с него комбинезон? Может быть, потому, что считают его слишком важной птицей, за которую перед начальством надо будет держать строгий ответ?..
    Ум Росина лихорадочно работал, перебирая варианты побега. А что, если он согласится снять защиту? Сами они этого сделать не смогут. Лишь три человека на планете, кроме Росина, могут приказывать автоматике его хронолета, но эти трое сейчас находятся за пятьсот лет отсюда...
    В том, что ни один ученый двадцатого века не сумеет разобраться в устройстве интрохронолета, Росин был уверен твердо. Гитлеровцы, конечно, пришлют лучших специалистов. Те повозятся, ничего не поймут и потребуют, чтобы Росин дал им пояснения. Владимир попытался представить, как все это произойдет. Он снимает защиту и поднимается в аппарат — конечно, под охраной, может быть даже связанный. В кабине поместится не больше четырех человек — скажем, двое ученых и два автоматчика из охраны. Они не знают, что такое техника XXV века, поэтому не опасаются беспомощного пленника. А он, оказавшись внутри, произнесет только два слове, «защита» и «взлет», после чего аппарат оказывается в зоне перехода.
    А если фашисты перехитрят? Он снимет защиту, а внутрь его не пустят? Тогда... Тогда он все равно скажет эти два слова, и пускай его убивают. Спасатели обнаружат в стратосфере интрохронолет, отбуксируют в Институт времени и узнают от гитлеровцев обо всем...
    Где-то совсем рядом рванул взрыв, машина дернулась, мотор взвыл и заглох. Автоматчики сразу выпрыгнули из кузова. Истошный крик: «Партизанен!» Грохот стрельбы. Он вдруг понял, что спасение возможно, и приник к целлулоидному окошку. Машина стояла, съехав передними колесами в придорожную канаву, тело шофера свешивалось из кабины на землю. Впереди горела легковая автомашина, около которой распластались на снегу две неподвижные фигуры, а между деревьев перебегали, стреляя, люди. Пули партизан пробили брезент, дробно хлестнули по металлу машины. Росин метнулся к заднему борту — под ним, лежа на снегу, строчил из автомата солдат, другой стрелял из канавы. Не раздумывая, Владимир прыгнул на спину солдата, ударил ребром ладони по шее — тот дернулся, автомат отлетел в сторону. Схватив оружие, Росин выпустил очередь по второму солдату.
    Из-за деревьев бежали партизаны — в шинелях, телогрейках, полушубках, с автоматами, винтовками и даже охотничьими ружьями.
    — Это ты летчик? — спросил мужчина, обросший густой бородой. — Цел? Идти можешь?
    Партизаны снимали с фашистов оружие, осматривали планшеты убитых офицеров.
    — Часа четыре вас караулим, — продолжал бородач, закидывая за спину автомат. — Думал, ноги отморожу. — Он потопал подшитыми валенками, потом посмотрел на тонкие ботинки Росина, забеспокоился: — А ты как, не замерз?
    — Я ничего, — улыбнулся Росин. — Комбинезон с подогревом.
    Бородач оглядел Росина с головы до ног.
    — Это последняя модель, да? У меня брат в полярной авиации, но про такой не рассказывал. Тебя как зовут-то?
    — Владимир.
    — А я Дед, командир отряда. Ты тоже зови меня так. Закуришь?
    — Не курю. — Владимир вдруг решился и посмотрел командиру в глаза. — У меня к вам просьба. Скажите... Какой сейчас год?
    — Как это — какой год? — Бородач растерянно оглянулся и
    крикнул кому-то: — Иван, давай сюда! — потом снова посмотрел на Росина. — Тебя там здорово били, я слышал, — сказал он. — Ну, гады фашистские!
    — Дед, звал? — спросил, подбегая, парень с автоматом. — Кого ранило?
    — Вот о летчике позаботься, — командир кивнул «а Владимира. — Осмотри, перевяжи...
    — И все-таки, какой сейчас год?
    — Какой год? Да все тот же — тысяча девятьсот сорок первый...
    Дед не договорил. За деревьями вдруг ударили автоматы. Срубленные пулями ветки посыпались на головы людей. Из-за поворота дороги показалась цепь гитлеровцев.
    Командир выхватил у Росина автомат.
    — Уходи, летчик! Твое дело летать. А здесь наша работа.
    Партизаны вместе с Росиным шли быстро, прислушиваясь к звукам боя за спиной. Автоматы гитлеровцев строчили не переставая. Им отвечали короткие очереди партизан, оставшихся у шоссе. Так продолжалось минут десять. Потом стрельба прекратилась.

    3
    Затерявшаяся в лесах деревушка Столбы была не бог весть каким важным стратегическим пунктом, и наступающие гитлеровцы проскочили ее, не задерживаясь. Но спустя несколько дней
    Окончание. Начало в № 5.
    в Столбах расположилась небольшая армейская часть. Даже здесь жизнь для оккупантов была полна неприятностей. Однажды не вернулись из леса связисты, вышедшие на поиски обрыва телефонной линии, а с ними пропало полкилометра провода. Потом сгорел склад фуража — часовой был заколот, а его автомат исчез. Затем среди бела дня обстреляли штабную машину — были убиты двое офицеров. Рассвирепевшие гитлеровцы снарядили карательную экспедицию в лесную глушь, где скрывались партизаны, и потеряли десять солдат.
    Зима установилась окончательно, со снегом и морозами. Солдаты вермахта выглядели жалко — кутались в женские платки, плели из соломы огромные валенки. Всю мало-мальски пригодную теплую одежду они забрали у жителей. В деревне остались только бабы с детишками да дряхлые старики. Из молодых мужчин был лишь Пашка Артемьев, который назвался гитлеровцам бывшим уголовником, — здоровенный малый, «поперек себя шире»; его зачислили в полицаи. Партизаны вывесили в деревне рукописную листовку о том, что приговорили его к смерти, и раза два стреляли в полицая, но так, чтобы не попасть. Ведь Пашка на самом деле был началом цепочки, по которой нужные партизанам сведения переправлялись из деревни в лес. От него-то и узнали в отряде, что раненый Дед не сказал на допросе ни слова, выдержав все пытки, и завтра будет повешен на глазах у всей деревни.
    Вооружения у партизан было немного: на тридцать человек восемь автоматов, дюжина винтовок, три пистолета и несколько ручных гранат. Атаковать деревню было невозможно. Это понимали все, и Росин тоже. Впервые он пожалел, что хронолетчики не берут с собой оружия.
    Росин был уверен, что разрыв хронотрассы уже ликвидирован и дорога домой открыта. Но в деревне против бывшего правления колхоза уже сколачивали виселицу, и поэтому Росин знал, что никуда не улетит, несмотря на инструкцию.
    Как помочь Деду?
    Комиссар долго стучал огнивом по кремню, раздувал трут, прикуривал.
    — Эх, нет у нас связи! Рацию бы сюда! Даже приемника нет! Не знаем, где сейчас война идет. Может, немец уже Москву взял...
    — Не взял, — ответил Росин. — Не было такого!
    — А немцы брешут, что давно Москва взята. Ты-то сам откуда прилетел, из столицы?
    Росин кивнул головой. Действительно, через четыреста лет в пригородном лесу за Сокольниками будет построено здание Института времени — восемьдесят этажей, дископорт на крыше, энергетический канал на Меркурий через собственный спутник...
    — Ходил я смотреть на твой самолет. Близко не удалось подобраться, но в бинокль посмотрел. Какой-то чудной он — ни крыльев, ни мотора... Может, ракета?
    — Нет, это не ракета, — ответил Росин, думая о другом, он вдруг понял, что выход, кажется, нашел. — Слушай, какое сегодня число?
    — Пятое декабря.
    То, что он вдруг решил сделать, было... Росин понял, что если ему повезет и он сумеет вернуться домой, его скорее всего отстранят от полетов навсегда, но сейчас это уже не имело значения.
    С ослепительной отчетливостью Владимир понял, какое могучее оружие в его руках — ведь он и только он из всех знает, что произойдет завтра.
    Он схватил комиссара за плечи.
    — Слушай, мне надо туда, в мой аппарат! Немедленно!..

    4
    Деревня, как обычно, проснулась рано. Невеселое это было пробуждение — без крика петухов, без тявканья собак, без мычания скотины.
    Днем по избам пошли солдаты — выгонять народ к месту казни. Люди, подгоняемые прикладами, медленно тянулись к правлению, перед которым белела виселица.
    Казалось, хмурое небо, затянутое облаками, давило сверху на крыши, на лес, на угрюмых людей.
    Росин был на чердаке пустой разграбленной избы и рассматривал в бинокль цепь автоматчиков перед правлением. Ночью он не спал ни минуты — вечером был скоротечный бой с охраной интрохронолета, потом он несколько часов лихорадочно работал в кабине, отбирая из аппаратуры то, что ему нужно, а среди ночи вместе с двенадцатилетним Юркой пробрался в деревню. В полной темноте Юрка бесшумно лазил по крышам и деревьям, которые указал ему Владимир, потом исчез, а Росин забрался в пустую избу. Ее хозяина гитлеровцы убили две недели назад, найдя у него красноармейскую фуражку. Они выбили двери и окна, а в печь швырнули ручную гранату. Таких пустых изб было несколько в деревне. Сейчас изба служила Росину наблюдательным пунктом. Две таблетки антенна из аптечки хронолета вернули ему бодрость и силу.
    То и дело Росин смотрел на часы. Свой браслет он потерял в бою, но в бортовом комплекте интрохронолета были три скафандра с часами, рациями, аккумуляторами. Казалось, что стрелки совсем остановились.
    Он еще раз выглянул в окно, и сердце у него застучало — гитлеровцы вели Деда.
    Сколько сейчас градусов? Наверно, не меньше двенадцати. А Дед босиком, в нижнем белье.
    Стрелка секундомера шла тугими медленными толчками, словно удары сердца.
    Деда поставили на ящик. Что-то читает по бумажке офицер. Черный квадрат солдат. Черная толпа на белом снегу. Белая рубаха в черных пятнах крови. Как медленно бьется сердце! Еще десять ударов! Еще пять! Еще один!
    Владимир повернул тумблер передатчика.
    И тогда над придавленной горем деревней, над шеренгой солдат, над заснеженным лесом, над застывшими полями раздался торжествующий голос:
    — ВНИМАНИЕ! ГОВОРИТ МОСКВА!
    Голос звучал со всех сторон, он заполнил собой деревню, и лес, и небо. Голос звенел, стряхивая снег с придавленных ветвей, и они распрямлялись.
    Ликующий вздох пронесся над толпой.
    ...6 ДЕКАБРЯ 1941 ГОДА ВОЙСКА НАШЕГО ЗАПАДНОГО ФРОНТА, ИЗМОТАВ ПРОТИВНИКА В ПРЕДШЕСТВУЮЩИХ БОЯХ, ПЕРЕШЛИ В КОНТРНАСТУПЛЕНИЕ ПРОТИВ ЕГО УДАРНЫХ ФЛАНГОВЫХ ГРУППИРОВОК. В РЕЗУЛЬТАТЕ НАЧАТОГО НАСТУПЛЕНИЯ ОБЕ ЭТИ ГРУППИРОВКИ РАЗБИТЫ...
    Шеренга солдат сломалась. Росин видел в бинокль, как мечутся офицеры, выкрикивая команды, которых никто не слышит, как побежали куда-то солдаты, строча из автоматов по крышам и деревьям, откуда говорили невидимые динамики.
    ...И ПОСПЕШНО ОТХОДЯТ, БРОСАЯ ТЕХНИКУ, ВООРУЖЕНИЕ И НЕСЯ ОГРОМНЫЕ ПОТЕРИ.
    Летели вниз срубленные очередями ветки, метались испуганные вороны.
    ...ВОЙСКА ГЕНЕРАЛА ЛЕЛЮШЕНКО, СБИВАЯ 1-Ю ТАНКОВУЮ, 14-Ю И 36-Ю МОТОПЕХОТНЫЕ ДИВИЗИИИ ПРОТИВНИКА И ЗАНЯВ РОГАЧЕВ, ОКРУЖИЛИ ГОРОД КЛИН!
    Стоявший в стороне бронетранспортер вдруг подбросило взрывом. Из пустых изб на улицу, строча из автоматов, выскакивали партизаны. Кто-то швырнул еще одну гранату, и следующий взрыв разметал толпу солдат у виселицы.
    ...ВОЙСКА ГЕНЕРАЛА КУЗНЕЦОВА, ЗАХВАТИВ ГОРОД ЯХРОМУ, ПРЕСЛЕДУЮТ ОТХОДЯЩИЕ 6-Ю, 7-Ю ТАНКОВЫЕ И 23-Ю ПЕХОТНУЮ ДИВИЗИИ ПРОТИВНИКА...
    Росин схватил автомат и спрыгнул в снег. Сейчас все решали секунды.
    ...ВОЙСКА ГЕНЕРАЛА РОКОССОВСКОГО, ПРЕСЛЕДУЯ 5-Ю, 10-Ю И 11-Ю ТАНКОВЫЕ ДИВИЗИИ, ДИВИЗИЮ «СС» И 35-Ю ПЕХОТНУЮ ДИВИЗИЮ ПРОТИВНИКА, ЗАНЯЛИ ГОРОД ИСТРУ!
    Атака партизан была стремительной. Возле виселицы уже лежало в снегу десятка полтора гитлеровцев.
    ...ВОЙСКА ГЕНЕРАЛА ГОВОРОВА ПРОРВАЛИ ОБОРОНУ...
    Росин бежал к виселице, стреляя на ходу. Техника XXV века сработала безупречно — звучало записанное Росиным сообщение Совинформбюро.
    В дальних концах деревни раздались новые выстрелы — на улицу выскакивали солдаты, бывшие до этого в избах.
    Дед лежал на снегу лицом вверх, и рубашка на его груди была прошита строчкой автоматной очереди.
    — Эх, не успели!.. — горестно сказал комиссар.
    Медлить было нельзя, надо было уходить. Растерянность гитлеровцев уже прошла. Пожалуй, она длилась меньше, чем на это рассчитывали партизаны.
    ...ПЛАН ОКРУЖЕНИЯ И ВЗЯТИЯ МОСКВЫ ПРОВАЛИЛСЯ!
    Голос диктора умолк. Это в хронолете сработала автоматика, выключая трансляцию. И тогда Росин вспомнил то, о чем не позволял себе думать этой ночью, что авария на хронотрассе уже ликвидирована.
    — Быстро в грузовик! — крикнул Росин.
    ...Дед лежал в кузове, и рядом с ним сидел Юрка. Партизаны стреляли по настигавшему их грузовику с солдатами. Машины давно уже выскочили на дорогу в лес и сейчас приближались к тому месту, где был в лесу интрохронолет. Бросив грузовик на обочине, партизаны цепью уходили в чащу. Деда несли на руках. Пули сбивали ветки, с визгом проносились между стволов. Отрывистые слова немецких команд раздавались все ближе. У интрохронолета партизаны залегли, отвечая гитлеровцам короткими, отрывистыми очередями.
    — Улетай, летчик! — крикнул, привстав, комиссар и тут же, прошитый очередью, упал ничком в снег.
    Деда уже спустили в люк, Росин втолкнул вслед за ними Юрку. Оставшиеся еще в живых партизаны продолжали отстреливаться.
    Росин захлопнул за собой люк. Мгновение он сидел неподвижно, представляя сейчас, что происходит снаружи. Двое-трое партизан могли бы поместиться в кабине вместе с ним, Дедом и Юркой, но он понимал, что ни один из них не согласился бы сейчас на это. Никто не хотел спастись ценой жизни других. Сжав зубы, Росин взялся за рычаги.
    Он понимал: скорее всего уже никому из партизан не удастся спастись. Но они спасли своего командира, потому что Дед был еще жив и, следовательно, его обязательно спасут в XXV веке. А что будет на хроносовете? Но сейчас некогда об этом думать...
    Интрохронолет уже был в зоне перехода, на высоте семидесяти километров. Росин еще раз взглянул на Деда, лежавшего на полу, и на испуганно съежившегося в углу кабины Юрку. Росин еще не знал, что ровно месяц спустя он высадит на этой же поляне исцеленного Деда и Юрку, и ни тот, ни другой не будут помнить о XXV веке и о нем самом, потому что все это будет стерто из памяти. Им будет казаться, что они единственные, кому удалось спастись из всего партизанского отряда, что они долго скитались по лесу; и они вернутся в освобожденную уже деревню.


    Журнал «Юный техник» 1978 год № 5-6

    Категория: Юный техник | Добавил: admin | Теги: Научно-фантастические рассказы
    Просмотров: 474 | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
    [ Регистрация | Вход ]